Источниковедение.ру

Страница Научно-педагогической школы источниковедения

Поиск по сайту

Новости | Конференции | Научные семинары | Материалы для обсуждения | Кто есть кто | Вход | Регистрация |

О занятиях А.С. Лаппо-Данилевского с материалами МАМЮ, Государственного архива МИДа и МГАМИД (по материалам РГАДА)

Наталья Юрьевна Болотина

канд. ист. наук, доцент
доцент кафедры истории российской государственности
Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ (РАНХ и ГС)

В последнее двадцатилетие личность и труды А.С. Лаппо-Данилевского стали объектом пристального внимания историков и источниковедов, хорошо изучена его творческая лаборатория, методология и вклад в развитие исторической науки [1]. Тем не менее, не все возможности источниковой базы этой темы исчерпаны. РГАДА – старейший отечественный архив, и немногие исследователи, занимающиеся историей рубежа XIX-XX вв., заглядывают в его фонды. Благодаря сохранившимся документам в делах канцелярий Государственного архива и архивов МГАМИД и МАМЮ, а также имеющимся в личном фонде директора МГАМИД С.А. Белокурова письмам Александра Сергеевича можно расширить источниковую базу изучения жизни и деятельности Лаппо-Данилевского, добавить новые грани в исследование лаборатории историка и методов работы его с архивными материалами. Не менее интересно на этом примере проанализировать порядок доступа к архивным документам и работы с ними исследователя в конце XIX – начале XX в.

Лаппо-Данилевскому, как и многим современным историкам, живущим в Петербурге, оторванному от документов, хранящихся в МГАМИД и МАМЮ (сейчас РГАДА), было сложно работать с источниками при подготовке своих исторических и источниковедческих трудов и публикаций документов. Благодаря тому, что еще с того времени, когда директором МАКИД был Г.Ф. Миллер, сложилась практика посылки для временного пользования из Москвы в Петербург, сначала Екатерине II, а затем в Академию наук для историков подлинных рукописей, Лаппо-Данилевский мог непосредственно работать с документами, не приезжая в Москву. Наши коллеги могут теперь только завидовать таким возможностям.

Сложные, но и плодотворные отношения сложились у Лаппо-Данилевского с МАМЮ. Его непростые конфликтные взаимоотношения с директором архива Д.Я. Самоквасовым исследованы в труде Л.И. Шохина, который писал об участии В.О. Ключевского в переговорах Лаппо-Даниловского по поводу запланированного Академией издания «Материалов по истории делопроизводства Поместного приказа по Вологодскому уезду». Самоквасов был известен своим нетерпимым отношением к любым публикациям материалов своего архива, осуществлявшимся помимо него самого, и за «проступок с архивными документами» редактору издания В.Н. Сторожеву был даже запрещен вход в архив. Несмотря на все переговоры, работа над изданием «Материалов…» была продолжена В.Н. Сторожевым только после смерти Д.Я. Самоквасова (1911 г.), что привело к значительному перерыву между первым и вторым выпусками [2].

Сам Лаппо-Данилевский, как свидетельствует книга выдачи дел МАМЮ, работал с документами архива в 1886-1890 гг. На него, как и на многих москвичей, произвело впечатление новое монументальное здание МАМЮ, выстроенное для него в 1882 г. на Девичьем поле (ныне в этом здании размещается РГАДА, ул. Б. Пироговская, 17). Оно произвело на впервые посетившего архив Лаппо-Данилевского благоприятное впечатление. «Здание красивое, – писал он В.Г. Дружинину, – жаль только, что далеко» [3].

В фонде канцелярии МАМЮ сохранилась книга записей требований посетителей архива, в которой значится имя Лаппо-Данилевского и данные о том, какие номера дел он просматривал. Первая запись относится к 9 апреля 1886 г. когда он в качестве кандидата Санкт-Петербургского университета (проживал в это время по адресу Мытнинская набережная, д. 13) приступил к подготовке диссертации по теме «Организация прямого обложения в Московском государстве со времен смуты до эпохи преобразований» (1890 г.). Источниковой базой исследования стали материалы переписных книг и документы Разрядного приказа, которые он изучал в МАМЮ. Так, например, в мае-июне 1888 г. Лаппо-Данилевский изучал переписные книги по Коломне, Калуге, Сольвычегодску, Владимиру, Алексину, а также разрядные вязки, книгу денежного сбора и одну десятню [4].

Особо много времени посвятил он работе с архивными материалами накануне защиты диссертации в мае-июне 1889 г. Значительное внимание Лаппо-Данилевский уделил книгам денежного стола (просмотрено 14 дел), кроме этого он заказывал по одной книге из Дел Севского стола и Киевского повытья, а также переписные, писцовые и дозорные книги по Ярославлю, Тотьме, Владимиру и два дела из Малороссийского приказа [5]. Представляя объемы изученных книг и сложность работы с почерками писцов XVII в. можно только удивляться работоспособности историка, который в период с 8 мая по 13 июня 1889 г. сумел просмотреть, прочесть и сделать выписки из 30 дел. Л.И. Шохин, основываясь на «книгах выдачи документов» за 1888-1907 гг., называет Лаппо-Данилевского в перечне «самых усердных исследователей» архивных материалов [6]. Большим подспорьем для ученого было то, что ему выдавали в день по 5-7 книг, о чем современным посетителям читального зала приходится только мечтать.

В отличии от МАМЮ в канцеляриях Государственного архива и МГАМИД сохранились не только сведения о выдаваемых Лаппо-Данилевскому материалах, но и переписка, которая раскрывает обстоятельства их предоставления. Одновременно с подготовкой диссертации историк обратил внимание на материалы по внутренней политике Екатерининского времени, результатом чего стали его труды «Очерк внутренней политики императрицы Екатерины II» (СПб., 1898) и «Собрание и свод законов Российской империи, составленные в царствование императрицы Екатерины II» (СПб., 1898).

Еще будучи приват-доцентом Петербургского университета, Лаппо-Данилевский в ноябре 1895 г. был допущен в Государственный архив в Петербурге. Для этого попечитель Петербургского учебного округа обратился в Министерство народного просвещения, а оно в свою очередь в Министерство иностранных дел, с ходатайством о допущении к архивным материалам молодого историка. Порядок доступа к делам Государственного архива был очень строгий. Поскольку в нем хранились многие секретные документы по истории империи, у министра народного просвещения И.Д. Делянова были затребованы сведения о «размере эпохи и пределов предполагаемого исследования, а также о том, может ли оно появиться в печати» в составе повременного издания или в виде отдельной книги [7].

В отношении министра народного просвещения от 20 декабря 1895 г. подробно сообщалось о предполагаемой цели изучения Лаппо-Данилевским документов архива: «занимается историей сословий в связи с историей законодательных комиссий в России XVIII века» [8]. В письме министру иностранных дел сообщалось, «что кроме рукописного материала, непосредственно примыкающего к теме г. Лаппо-Данилевского, ему необходимо было бы воспользоваться и другими данными; так, например, в виду того, что верховное наблюдение за работами комиссий принадлежало монаршей власти и ближайший надзор за ними поручен был генерал-прокурорам, указанная тема не может быть подвергнута научному изучению без предварительного знакомства с делами статс-секретарей, бывших при императрицах Елисавете и Екатерине II, а также с делами генерал-прокуроров XVIII века» [9].

Министр народного просвещения ходатайствовал о допущении Лаппо-Данилевского к возможно большему кругу источников, включая даже начало XIX в., с тем, чтобы историк мог сформировать максимально широкую базу исследования и поместить результаты своих трудов сначала на страницах журнала Министерства народного просвещения, а затем издать и отдельной книгой. Положительное решение о допуске Лаппо-Данилевского в Государственный архив было принято 5 января 1896 г. [10].

Несмотря на ходатайство министра народного просвещения, в Министерстве иностранных дел сомневались в научных целях Лаппо-Данилевского и считали приведенные в официальном письме сведения о круге его интересов слишком общими. В сохранившемся в деле черновике, вероятно, не отправленного отношения в Министерство народного просвещения или другое учреждение категорически говорится о сомнениях, появившихся после письма Делянова: «Из всего этого видно, что Лаппо-Данилевский желает избегнуть всякого контроля. По-видимому, он хочет заниматься всем, что он найдет интересным для помещения в журнале народного просвещения (это в роде Есипова, который много лет занимался в СПб. Архиве и не издал ничего научного, кроме анекдотов да эпизодов)» [11].

Своими трудами Лаппо-Данилевский сумел доказать научный интерес к архивным документам и творческую работоспособность. Когда он был уже адъюнктом Академии наук, ее непременный секретарь генерал-лейтенант Н.Ф. Дубровин 20 марта 1900 г. обратился в Государственный архив с просьбой предоставить историку подлинную рукопись, принадлежащую перу Екатерины II, «Учреждения для управления губерний Всероссийской империи», необходимую для окончания труда Лаппо-Данилевского, посвященного научным основам правосознания в XVIII в.

Сложность вопроса состояла в особом хранении этого источника: «эта рукопись, – говорилось в послании Дубровина, – зашитая в парчу и запечатанная малою государственною печатью, поступила в Государственный архив в 1857 году, когда по высочайшему повелению прислана была сюда митрополитом Филаретом из Успенского собора» [12]. Для того, чтобы распечатать документ и предоставить его Лаппо-Данилевскому требовалось особое разрешение императора, о чем и просила Академия наук. 21 марта Николай II всемилостивейше соизволил разрешить историку ознакомиться с автографом Екатерины Великой. Такой интерес Лаппо-Данилевского к «Учреждениям», а затем и к другим законодательным источникам и рукописям, хранящимся в МГАМИД, связана с его крупномасштабным археографическим проектом – подготовкой с 1902 г. серии «Памятники старинного русского законодательства» [13].

Став академиком Лаппо-Данилевский, уже без какой-либо дополнительной бумажной волокиты получил возможность в апреле 1908 г. ознакомиться с перепиской Екатерины II и Вольтера, хранящейся в запечатанном пакете, и даже сделать необходимые копии [14]. Сюда же в Государственный архив в мае 1908 г. для занятий академика сроком на две недели была доставлена из императорской Публичной библиотеки рукопись «Правление гражданское, о его истинном начале и о его власти», а в октябре несколько томов «Oeuvres completes de Voltaire» [15]. Интерес к Екатерининскому времени постоянно присутствовал в творчестве Лаппо-Данилевского, и он в своих исторических исследованиях неоднократно обращался к архивным материалам. Так, в октябре 1911 г. он прислал в Государственный архив визитку, на обороте которой обратился с просьбой разрешить А.В. Ястребову «снять копии с нескольких документов, касающихся И.И. Бецкого» [16].

Проблема исследовательской работы с документами МГАМИД решалась для петербургских историков через Государственный архив и Санкт-Петербургский главный архив Министерства иностранных дел, куда по специальным запросам временно пересылались дела для ознакомления с ними. Первое свидетельство об обращении Лаппо-Данилевского к документам МГАМИД относится к 1906 г. По его просьбе в Петербург была выслана Переписная книга Нежинского полка за 1654 г. (687 л.), возвращенная в Москву в декабре 1907 г. [17]. По личному заявлению Лаппо-Данилевского от 14 декабря 1906 г. к изучению рукописи был допущен составитель Малороссийского родословника В.Л. Модзалевский [18]. Согласно сохранившемуся в деле канцелярии МГАМИД «Листу для записи требований занимающегося в читальнях» в апреле 1906 г. Лаппо-Данилевский исследовал городские книги по Новгороду Великому и по Нижнему Новгороду [19].

При подготовке серии «Памятники старинного русского законодательства» Лаппо-Данилевский в феврале 1908 г. через Академию наук обратился в МГАМИД с просьбой прислать из архивной библиотеки (фонд 181 «Рукописный отдел библиотеки МГАМИД») рукописи «Краткий специмент о высочайшем наследственном повелительстве» (№ 158/213 в 4-ку на 73 л.) и «О правлении гражданском Локка» (№194/324 в лист на 142 стр.), необходимые ему для занятий «по истории русского правосознания» [20].

В январе 1909 г. Академия наук направила в МГАМИД письмо с просьбой выслать в Петербург для научных занятий Лаппо-Данилевского сроком на три месяца рукописи «О наследстве по французскому праву, соч. Феррвера» (№ 164/238 в 4-ку на 101 л.) и перевод «Уложений венецианских о наследствах без духовных» (№ 160/233 в 4-ку на 223 л.) из архивной библиотеки [21].

Интересные сведения о занятиях Лаппо-Данилевского с материалами МГАМИД и подготовке их к публикации содержатся в письмах историка 1890-1917 гг. директору архива С.А. Белокурову, сохранившихся в его личном фонде. Главные темы посланий – археографическая деятельность по изданию памятников законодательства XVII-XVIII вв., просьбы о предоставлении копий тех или иных рукописей и сверке публикуемых источников. Поражает, как хорошо ориентировался Лаппо-Данилевского в составе МГАМИД, в письмах он даже указывает конкретные поисковые данные интересующих его документов.

Переписка Лаппо-Данилевского с директором МГАМИД С.А. Белокуровым свидетельствует о существовавшем уважительном отношении профессиональных историков к коллегам архивистам, которых не воспринимали как людей, призванных исключительно предоставлять ученым документы, снимая их с полок. Служащие МГАМИД и МАМЮ на равных с историками писали фундаментальные труды, участвовали в академических изданиях и публиковали ценные источники. Из писем Лаппо-Данилевского видно, как важны для него были мнение и замечания Белокурова, насколько он нуждался в профессиональной помощи директора МГАМИД. Как и сейчас, так и во времена Лаппо-Данилевского, в продвижении исторической науки большую роль играли дружеские личные связи историков и архивистов.

Небольшой по объему комплекс документов РГАДА способствует изучению источниковедческой и археографической деятельности Лаппо-Данилевского, раскрывает интересные обстоятельства получения им доступа к архивным документам, а также показывает деятельность крупнейших исторических архивов Российской империи по организации доступа к своим материалам.

Примечания

[1] Можно назвать одну из последних обобщающих работ, в которой приведена историография: Ростовцев Е.А. А.С. Лаппо-Данилевский и петербургская историческая школа. Рязань, 2004.

[2] Шохин Л.И. Московский архив министерства юстиции и русская историческая наука. М., 1999. С. 200, 320-321 и др.; Ростовцев Е.А. Указ. соч. С. 98.

[3] Цит. по: Шохин Л.И. Указ. соч. С. 115.

[4] РГАДА. Ф. 337. Оп. 1. Д. 587. Л. 23.

[5] Там же. Л. 23-23об.

[6] Шохин Л.И. Указ. соч. С. 336.

[7] РГАДА. Ф. 31. Д. 652. Л. 2.

[8] Там же. Л. 4.

[9] Там же. Л. 4об.

[10] Там же. Л. 6-6об.

[11] Там же. Л. 11об.

[12] Там же. Л. 14.

[13] Ростовцев Е.А. Указ. соч. С. 163-166.

[14] РГАДА. Ф. 31. Д. 652. Л. 19, 20.

[15] Там же. Л. 23, 25.

[16] Там же. Л. 28.

[17] Там же. Ф. 180. Оп. 7. Д. 5250. Л. 1, 4; Ф. 31. Д. 758. Ч. 23. Л. 1, 4, 5.

[18] Там же. Ф. 31. Д. 758. Ч. 23. Л. 2.

[19] Там же. Ф. 180. Оп. 7. Д. 5250. Л. 2.

[20] Там же. Д. 5350. Л. 1-2.

[21] Там же. Ф. 180. Оп. 7. Д. 5444. Л. 1, 7; Ф. 31. Д. 758. Ч. 23. Л. 6-8.

ПРИЛОЖЕНИЕ
Письма А.С. Лаппо-Данилевского директору МГАМИД С.А. Белокурову

№ 1

[Петербург] 1890 г. мая 7

Многоуважаемый Сергей Александрович.

Окажите Ваше доброе содействие Корнелию Петровичу Уленбеку, который занимается сношениями России с Данией, кажется в XVII веке. Я сам знаю, как облегчаются работы в архиве, когда встречаешь радушный прием, который Вы, надеюсь, не откажитесь сделать и Корнелию Петровичу, как и мне оказали. Посылаю Вам книгу свою и надеюсь, что Вы в ней не найдете слишком много ошибок.

Преданный Вам А. Лаппо-Данилевский.

Ф. 184. Оп. 1. Д. 623. Л. 1. Автограф.

№ 2

Станция Милорадовка Екатеринославской губернии 1904 г. июня 3

Многоуважаемый Сергей Александрович.

Около месяца тому назад проездом через Москву я заходил к Вам в архив (где и оставил две брошюрки на Ваше имя), но к крайней моей досаде не застал Вас в городе. А между тем у меня было несколько маленьких дел, о которых мне хотелось поговорить с Вами. Одно из них состоит вот в чем.

В введении к одному сочинению, над которым я работаю теперь, мне крайне желательно было бы иметь под рукою хотя бы некоторые из глав «Политики» Крижанича, до сих пор не появившиеся в печати. Из Вашей интересной книги я вижу, что Ваше общество [1] располагает копией с «Политики», приготовленной для издания. Я не хотел бы обращаться к рукописи (подл[инику]), не выяснивши вопроса о том, когда начнется печатание текста Обществом и не будет ли оно иметь что-либо против пользования им теперь посторонним лицом? А на днях мне пришла в голову мысль, нельзя ли было бы выслать в Академию наук хотя бы на самое короткое время (напр[имер] недели на две) копию, принадлежащую Общ[еству] И[стории] и Др[евностей], если она сейчас не в типографии? Или, в крайнем случае, нельзя ли было бы снять копии с нескольких страниц, разумеется, на мой счет? Если бы первая комбинация была бы мыслима, то я мог бы официально обратиться к Вам через Академию в сентябре, когда я вернусь в Петербург. Если так устроить нельзя, может быть, Вы научите меня, как быть.

О других маленьких делах, которые имеют отношение к Академии, я еще буду писать Вам в ближайшем будущем. Здесь я пробуду до 15 июня, а затем перееду в Перианц на дачу Кольке (Балтийск[ая] жел[езная] дор[ога] ст[анция] Варвара, Силламяги [2]).

Примите уверение в совершенном почтении и преданности А. Лаппо-Данилевский.

Ф. 184. Оп. 1. Д. 623. Л. 3-4об. Автограф.

№ 3

Петербург 1905 г. апреля 5

Многоуважаемый Сергей Александрович.

Позвольте воспользоваться тем, что Вы не чужды нашей Академии наук, и обратиться к Вам с несколькими просьбами. Исполнение которых, впрочем, не может отнять у Вас много времени.

Прежде всего, я давно уже хотел писать Вам по поводу одного из изданий, предпринятых Академией [3], а именно научно-критического издания важнейших памятников нашего законодательства 1649-1831 г. (описание подлинных рукописей, источники отдельных статей, история текста и его критика – послесловие – в подстрочных примечаниях); каждый выпуск под редакцией того, кто взялся за издание данного памятника. Уложение – взял Дьяконов [4], Никоновскую (греч[ескую]) Кормчую – Бенешевич [5], воеводские инструкции – ваш Богословский [6], регламент П[етра] В[еликого] – Павлов-Сильванский [7], Учреждение о губ[ерниях] – я и т. д. Не возьмете ли Вы чего-нибудь? В числе предпринятых изданий, как видите, есть и Уложение. Весьма важно было бы знать, можно ли будет Академии наук рассчитывать на успех, если она обратится в Министерство иностранных дел с просьбою о пересылке оригинала из Московского главного архива в здешний арх[ив] министерства. Выписать его можно было бы не на долго, на 1-2 месяца (а, пожалуй, и меньше) только для того, чтобы сфотографировать текст [8]. Не имея списков, вполне заменяющих подлинник, пришлось бы или отказаться от издания или просить о высылке сюда Уложения на длинный срок. А здесь у нас свой аппарат и можно все устроить дешево. Так вот, я и был бы очень благодарен Вам, если бы Вы сообщили мне. Стоит ли поднимать такое дело в надежде на его успех?

В настоящее время у нас ведется и другое издание той же серии, а именно Наказ имп[ератрицы] Екатерины II [9]. В виде приложения издается и генерал-прокурорский наказ. Между тем в Вашем Госуд[арственном] Древлехранилище (Отд. V, рубр. I, № 8, в третьей обложке) есть текст генерал-прокурорского наказа с поправками Екатерины II. Если эти поправки не велики, не были бы Вы настолько любезны, чтобы отметить их на прилагаемой корректуре? то, что переправлено императрицей можно было бы отметить одним способом, то, что внесено вновь в виде вставок и проч. – другим. С прилагаемым корректурным экземпляром, разумеется, церемониться нечего.

У меня была еще просьба к Вам относительно выписок некоторых текстов из рукописи Крижанича в Синодальной типографии; да, боюсь, что и без того уже злоупотребляю Вашим терпением и попытаюсь обратиться прямо к г[осподину] Покровскому, который, было, обещал их сделать, да, вероятно, забыл.

Я еще не благодарил Вас за присылку мне «Чтений»; сообщите, кстати, каковы размеры членского взноса, который я до сих пор не препроводил Вам.

Заранее извиняюсь, что я письмом своим доставил Вам некоторые хлопоты, прошу Вас, примите уверение в совершенном моем почтении и преданности. А. Лаппо-Данилевский.

Ф. 184. Оп. 1. Д. 623. Л. 6-8. Автограф.

№ 4

Петербург 1905 г. мая 5

Большое спасибо Вам, многоуважаемый Сергей Алексеевич, за сообщенные Вами сведения. Позвольте отблагодарить Вас и в предисловии к академическому изданию, которое, вероятно, выйдет осенью. Я, конечно, хорошо понимаю, что Вас осаждают просьбами и, когда писал Вам в последний раз, то только хотел получить известие от Вас о том, можно ли будет надеяться на исполнение моего челобитья. А вышло так, что я точно заставил Вас торопиться с его скорейшим исполнением, чего у меня поистине на уме не было. Мне очень досадно, что так вышло.

За Ваше мнение по вопросу о выписке Уложенья я Вам также очень признателен и воспользуюсь Вашим указанием осенью.

В надежде, что если не теперь, то в будущем Вы можете быть снимете крест, поставленный Вами на одном из моих предложений.

Остаюсь готовым к услугам Вашим А. Лаппо-Данилевский.

Ф. 184. Оп. 1. Д. 623. Л. 9-9об. Автограф.

№ 5

[Петербург] 1911 г.

Многоуважаемый Сергей Александрович.

Если бы Вы нашли вероятным сверить прилагаемый набор с оригинальными текстами, хранимых в Вашем архиве, то очень одолжили бы Академию: выписать их сюда, конечно, трудно, а потому пришлось беспокоить Вас просьбой сверить их на месте, когда у Вас найдется ½ часа свободного времени. Не желали ли бы Вы получить какие-либо издания Академии?

Преданный Вам и заранее благодарный Вам за Ваши поправки А. Лаппо-Данилевский.

Ф. 184. Оп. 1. Д. 623. Л. 2. Автограф.

№ 6

[Петербург] 1917 г. июня 28

Многоуважаемый Сергей Александрович.

Зная, что Вы интересуетесь Римскими архивами и делами, я позволяю себе обратиться к Вам с просьбою не отказать в добром совете и указании профессору Римского университета Влад[имиру] Ник[олаевичу] Забугину [10], желающему содействовать образованию Русского института в Риме. Забугин сам расскажет Вам, в чем дело.

Преданный Вам А. Лаппо-Данилевский.

Ф. 184. Оп. 1. Д. 623. Л. 5-5об. Автограф.

№ 7

Москва б/д

Многоуважаемый Сергей Алексеевич.

Сегодня не успел разыскать Вас в архиве для того, чтобы попрощаться с вами и поблагодарить Вас за оказанную Вами мне помощь и за радушный прием в вашем хранилище. А завтра думаю уехать на юг, откуда проездом снова буду в архиве лишь в августе. Поэтому письменно спешу выразить Вам мою признательность и надежду на то, что и Вы в случае нужды обратитесь ко мне.

Готовый к услугам А. Лаппо-Данилевский. Письмо в Тобольск послано.

Ф. 184. Оп. 1. Д. 623. Л. 10. Автограф.

№ 8

Б/д

Многоуважаемый Сергей Алексеевич.

Будьте добры, не сообщите ли сведения касательно прилагаемой грамоты; очень обязали бы Академию; справка нужна для издаваемого ею Сборника грамот.

Пользуюсь случаем приветствовать Вас и заранее благодарить Вас. С совершенным уважением готовый к услугам А. Лаппо-Данилевский.

Записи чернилами другим почерком (С.А. Белокурова?): «Госу[дарственное] Древл[ехранилище]. I, IV, № 6 [11]» и карандашом: «Тр[оице] Серг[иева] м[онасты]ря игум[ену] митрополиту о невзим[ании] пошлин от старцев. 7 ½ свин[цовых] печатей покол[оты]».

Ф. 184. Оп. 1. Д. 623. Л. 13. Автограф.

№ 9

Петербург Б/г ноября 28

Многоуважаемый Сергей Алексеевич.

Позвольте обратиться к Вам с следующей покорнейшей просьбою. В прилагаемом листе за № 39 Вы найдете грамоту, печатаемую Академией в Сборнике грамот бывшей Коллегии экономии; грамота – из вашего архива. Не будете ли Вы столь любезны и не сверите ли этот последний набор с подлинным текстом, о чем мы с благодарностью упомянем в предисловии. Печатать грамоту предполагаем с соблюдением (дословным и с знаками) правописанья подлинника.

Прошу Вас заранее принять мою благодарность и уверение в совершенном уважении и преданности А. Лаппо-Данилевский.

Ф. 184. Оп. 1. Д. 623. Л. 14-14об. Автограф.

Примечания

[1] Общество истории и древностей Российских при императорском Московском университете.

[2] Силламяги – курорт на берегу Финского залива, куда летом приезжало много дачников из Петербурга.

[3] Изложенное в письме распределение источников почти полностью совпадает с Программой издания серии «Памятники старинного русского законодательства» ([Программа издания серии «Памятники старинного русского законодательства»] // Наказ Екатерины II, данный Комиссии о сочинении проекта нового уложения / под ред. Н.Д. Чечулина. СПб., 1907; Ростовцев Е.А. Указ. соч. С. 163).

[4] Дьяконов Михаил Александрович (1855-1919), историк русского права, академик.

[5] Бенешевич Владимир Николаевич (1874-1938), историк, византинист, палеограф, с 1924 г. член-корреспондент Академии наук.

[6] Богословский Михаил Михайлович (1867-1929), историк, профессор Московского университета, с 1921 г. академик Академии наук.

[7] Павлов-Сильванский Николай Павлович (1869-1908), историк, с 1899 г. работал в Государственном архиве МИД.

[8] В бумагах канцелярии МГАМИД сохранилось дело о фотографировании Соборного Уложения (РГАДА. Ф. 180. Оп. 7. Д. 3337).

[9] Под указанным шифром Ф. 135. Древлехранилище. Отд. V. Рубр. I. 38. Л. 34-39 значится «Генерал-прокурорский наказ Комисии о составлении проекта нового Уложения, по которому маршалу поступать», написанный Г.В. Козицким с собственноручными добавлениями Екатерины II.

[10] Забугин Владимир Николаевич (1880-1923), католический церковный деятель, историк; в июне 1917 г. был направлен в Россию итальянским правительством в качестве специального посланника по укреплению межгосударственных связей. 

[11] Под этим номером хранится: Жалованная грамота Великого Новгорода Троице-Сергиеву монастырю на беспошлинный провоз товаров по Двине. 1448-1454 гг. Опубликована в «Сборнике грамот Коллегии экономии» (Пг., 1922. Т. 1, № 39).

Дискуссия

Всего комментариев: 0.

Участвовать в дискуссии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Книжные новинки

Каштанов С.М. Исследования по истории княжеских канцелярий средневековой Руси / С.М. Каштанов. – М. : Наука, 2014. – 674 с.

Майорова А.С. История культуры Саратовского края: культура Саратовского края до начала XX века. Часть 1. Саратов, 2013

Богдашина Е.Н. Позитивизм в исторической науке на Украине (60-е гг. XIX — 20-е гг. XX вв.). Харьков, 2013.

Богдашина Е.Н. Источниковедение истории Украины : вопросы теории, методики, истории : учеб.-метод. пособие. Харьков : Сага, 2012.

Гимон Т.В. Историописание раннесредневековой Англии и Древней Руси : сравнительное исследование. М. : Ун-т Дмитрия Пожарского, 2012.

Швейковская Е.Н. Русский крестьянин в доме и мире : северная деревня конца XVI — начала XVIII века. М., 2012.

Традиционная книга и культура позднего русского средневековья : Труды Всероссийской научной конференции...

Просмотреть все

© 2010–2017, А.А. Бондаренко, Д.А. Добровольский, П.А. Дружинин, Н.Н. Иванова, Р.Б. Казаков, С.И. Маловичко, А.Н. Мешков, Н.В. Некрасова, А.М. Пашков, Е.В. Плавская, М.Ф. Румянцева, О.В. Семерицкая, Л.Б. Сукина, О.И. Хоруженко, Е.Н. Швейковская

Редколлегия:

Д.A. Добровольский,
Р.Б. Казаков,
С.И. Маловичко,
М.Ф. Румянцева,
О.И. Хоруженко

Адрес для переписки: ivid@yandex.ru

Лицензия Creative Commons
Это произведение доступно по лицензии Creative Commons Attribution-NonCommercial-NoDerivs (Атрибуция — Некоммерческое использование — Без производных произведений) 3.0 Непортированная.

Хостинг: